Блог Дмитрия Малашкина

Штольцман, вот тебе!

Мне шкура твоего блога не нравится. Просто не нравится, и всё. То есть она хорошая, она простая и лаконичная, но она мне просто не нравится. То есть, если бы я не был таким говном, какое я есть, я бы потрудился и нашел бы у тебя недочёты, но я говно такое, какое есть, и потому говорю тебе просто — мне не нравится эта шкура. «Не нравится?» — переспросишь ты. «Да!» — Отвечу я. — «Просто не нравится!»

Далее наш с тобой диалог будет строиться примерно так:

— А как тебе криво вставленная реклама от гугла вверху сайта?
— Штольцман, мне она реально пофиг, потому что у меня в лисице стоит Adblock, который вырезает всякое говно от гугла и прочих.

— Погоди, но ведь у меня же от гугла еще и в сайдбаре есть какой-то кусок говна.
— Равнозначно пох. Онотоле, мож, и не одобряе. Но мне пох. Я его тоже не вижу. Не Онотоле, а кусок говна у тебя в сайдбаре.

— Слушай, но ведь там у меня поиск стоит с англицким словом «search» вместо русского-народного «Поиск». Так ведь не пойдет?
— Да и хер с ним. Это вообще мелочь несусветная. Это всё на совести Гудвина, который переводит ихние темы в наши. Ты-то тут при чем?

— А всякие кнопочки типа «подпишись на меня», «отпишись от меня», всякие считалочки, писькомерки, пузотёрки и прочее в том роде? А? Как оно тебе?
— Тут ты прав. Это говно я действительно не люблю. Терпеть не могу, когда блог превращают в комикс. Одно радует — что ты убрал эту дебильную планету со своего сайдбара, которая показывала мне, где я сейчас нахожусь. Вот то, действительно, бред не соизмеримый ни с чем.

— Как ты думаешь, стоит ли мне срезать с сайдбара всех этих «Последние комментарии», «Последние комментаторы», «Последние люди»?
— Твоё личное дело. Многим нравится, когда их имена красуются в сайдбаре. Услаждай их. Мне как-то пофиг.

— Дима, вот ты такой весь правильный, а не заметил, что у меня в футере «локализация» приклеена книзу блока, что выглядит просто блевотно.
— Опять же, это не твоя вина. Просто так же «локализация» славного Гудвина. Человек старался, хуле ты на него наезжаешь? К тому же, почему-то в самом-самом низу, еще ниже псевдофутера, там, где про «копирование», шрифт стоит Таймс. С чего бы это? Задумка такая? Короче, мелочь, которая мне побоку. К тому же, я преимущественно читаю тебя с ридера, где вообще всё отсутствует, кроме текста записи.

— Я понял, Дим, ты просто придираешься. А теперь скажи мне, пожалуйста, про самое главное — про меня. Как я пишу? Ничё, да? Тебе нравится, да? Уныловато, правда, иногда, но в целом зачётно, правда, Дим?
— Штольцман, я не знаю. Есть некоторые, которые могут как-то объективно судить, как-то математически оценивать, как-то выпендриваться и выёживаться, говоря о высоком и о низком, говоря о смысловой нагрузке и бессмысленной хуете, нагнетаемой автором. Мне это всё невдомёк. Просто потому, Штольцман, что я идиот. Но, положа руки на груди, почувствовав биение своего сердца и упругость вдруг затвердевших сосков, скажу тебе как на духу: мне нравится тебя читать. Ты пишешь просто и понятно. Это не то место, где надо подключать мозг и пытаться осилить автора. В этом-то и кроется великая красота простоты — когда не надо понимать, когда просто чувствуешь близкое и своё. Тебе это получается. И мне это в тебе нравится. Я тоже всегда старался писать просто и понятно, но, кажется, это совсем не просто. Мне есть чему у тебя поучиться.

— Спасибо, Дим, за тёплые слова!
— Тебе спасибо, старый хромой еврей, за эстафету.

Кстати, передаю эстафету Дмитрию Медведеву. Правда, Дим, покритикуй.