Блог Дмитрия Малашкина

Ну, не только закомплексованных, я вообще всех боюсь. Но сейчас конкретно об этой группе. Итак, почему же я их боюсь?

Потому что мне страшно, когда рядом с тобой человек, который испытывает страхи перед физическим стыдом, например. Не в той мере, когда надо обнажаться (как морально, так и физически) до основания, а при самых минимальных, скорее даже ироничных случаях. Шутки, направленные в сторону гомосексуальных наклонностей, которые пугают таких людей, мне кажутся настолько скромными и никчемными, что даже невольно удивляешься на таких людей: почему же они настолько черствы?

Есть у меня два товарища. Один безумно стесняется и сторонится всяких шуток и пидорастических наклонностей с моей стороны. И моему уму становится непонятно: почему? Ну почему же он не подключается к этой игре? Ведь любому дураку понятно, что это просто шутка, что это все не всерьез. Нет же! Лезу при встрече к нему с поцелуями — отпихивается как от огня. Да ладно тебе! Подыграй, расслабься! Докажи, что ты не слабак, хотя бы тем, что можешь преодолеть брезгливость. Меня буквально бесит эта слабость в людях. Это самая обыкновенная слабость, которой надо начинать стесняться уже в 5 классе средней школы. Никто и никогда не докажет мне, что мои пидорастические шутки — суть чего-то унизительного и мерзкого. В этом абсолютно ничего пошлого! Пошлой выглядит только реакция закомплексованного товарища, который не умеет быть гибким и переступать не через свои принципы, а значит, через свои слабости. Слабости в себе надо душить, те слабости, которые во вред. Плакать — это не слабость, это сила. А стыдиться педиков или шуток на эту же сторону — глупо и унизительно.

Второй товарищ не чета первому. При встрече с ним мы всегда лезем целоваться в губы. Целуемся почти по-Брежневу, но это не неприятно, не глупо, не мерзко во всех смыслах, как может показаться присутствующим, хотя у товарища усы и хорошая щетина. Причем мы оба понимаем, что это лишь ирония, скорей самоирония, преодоление каких-то нелепых условностей (не до крайностей, конечно). Мы оба женаты и никогда не вступим в секс друг с другом, равно как и с другими мужиками. Нам обоим нравятся красивые и только красивые женщины, с которыми, собственно, и спим.

Так вот, с этим товарищем мы неоднократно переодевались в женщин, наши же жены нам красили глаза, губы и прочее. Мы танцевали, пели, дрыгали ногами, не стесняясь нелепого вида собственных трусов при этом. Нам было легко и весело, не было этого нелепого комплекса неполноценности, который так знаком закомплексованным. Однако же эти закомплексованные умело облекают свою слабость за стены каких-то громких слов, типа принципы, сила воли и прочая дребедень.

Тьфу! Как унизительно, что вы не понимаете всей своей пошлости, когда боитесь тактильных ощущений с однополыми! Ваши стремления к красоте женщины — метафора, за которой вы оправдываете свое беспомощное либидо. Вы никогда и ни за что не будете сильными в постели, потому что вы боитесь выглядеть смешно. А более смешного вида, чем трахающиеся люди придумать нельзя. У вас только статус на глазах и ничего за ними. В душе вы черствые сухарики, с которыми просто не представляю как будет скучно идти по жизни вдвоем!

Удачи вам, беспомощные. Боюсь, она вам уже сопутствует во всем.

Чуть не забыл:
Так почему же я, все-таки, боюсь закомплексованных? Потому что это страшные люди, которые, не умеючи сбрасывать с себя сексуальное напряжение, аккумулируют в себе этот мощный потенциал в ожидании самки, которой, кстати, может и не быть рядом продолжительное время. Так вот, эти типы, коллекционируя в себе сперму, не умея даже подрочить нормально, получают дозу такого сперматоксикоза, что очень быстро становятся всякими маньяками на сексуальной почве и прочими еже с теми же ходячими моноблоками без печали и радости.

Как там у Мюнхгаузена говорится: «Улыбайтесь! Все глупости на земле делаются с серьезным выражением лица». Вот эти комплексы мне напоминают ни что иное, как неумение улыбаться.